26. Разработка познавательной экскурсии «Архитектура классицизма в Екатеринбурге»

Разработка познавательной экскурсии

«Архитектура классицизма в Екатеринбурге»

Архитектуру часто называют застывшей музыкой, поэмой в камне. Сравнивают ее также и с каменной книгой. Сооружения прошлого - это действительно свидетели прошлых эпох, своеобразная каменная летопись. Листая ее страницы, можно прочитать всю мировую историю, историю страны, отдельного города.

30-е годы XIX века Д.Н. Мамин-Сибиряк назвал «золотым веком» Екатеринбурга. Благоприятное сочетание целого ряда социально-экономических предпосылок обусловило высокий подъем экономики и укрепление административного статуса города. Оставаясь всего лишь одним из уездных городов обширной Пермской губернии, он, тем не менее, стал центром горнозаводского Урала.

Русский классицизм первой половины XIX века оставил яркий след в архитектуре Екатеринбурга. Его отличительные особенности - образование системы пространственных доминант, акцентировавших основные планировочные узлы - центральные площади, улицы, набережные пруда. Для современной архитектуры сохраняют свое значение основные позиции классицизма: его градостроительная направленность, высокое искусство синтеза, впечатляющая художественность.

В данной работе мы обратились к классицистической архитектуре Екатеринбурга как объекту исследования для создания познавательной экскурсии.

Контрольный текст экскурсии

Вступление

Экскурсия разработана для учащихся (9-11 кл.), студентов средних и высших учебных заведений, гостей города.

Разрабатывая экскурсию, мы поставили задачу - привлечь внимание молодежи к истории архитектуры города, познакомить их с наиболее известными архитектурными памятниками эпохи классицизма.

Главной задачей нашей экскурсии является - повышение уровня культуры и образования экскурсантов.

Основная часть

Экскурсовод: Здравствуйте, уважаемые экскурсанты! Сегодня мы проведем экскурсию по историческому центру Екатеринбурга и познакомимся с городской архитектурой периода классицизма.

На рубеже XVIII-XIX веков русская архитектура переживала период высокого подъема, когда сформирова­лись традиции классицизма - стиля, пришедшего на смену барокко. С 1760-х годов и вплоть до 30-40-х годов XIX века классицизм был господствующим стилем в России, охватившим не только архитектуру, но и всю рос­сийскую культуру.

Классицизм (от лат. classicus - образцовый) - худо­жественный стиль в искусстве, развивавшийся путем твор­ческого заимствования форм, композиций и образцов искусства античного мира и эпохи итальянского Возрожде­ния. Крупные исторические открытия, археологические раскопки, впервые показавшие человечеству середины XVIII века строгость и совершенство зодчества Древней Греции и Рима, вдохнули новое содержание в мировую архитектуру. Ясные, спокойные и монументальные образы античной архитектуры, в совокупности с идеалами граж­данственности и гуманизма, стали с этого периода источ­ником вдохновения передовых зодчих. Классицизм, за­родившись во Франции в условиях абсолютистского ре­жима, нашел отражение в архитектуре большинства евро­пейских стран, в том числе и в России, отличаясь в каждой стране своими региональными особенностями. Во второй половине XVIII-начале XIX века Рос­сия превратилась в могущественную мировую державу, что выразилось не только в укреплении ее международ­ного престижа, но и в глубоких внутригосударственных преобразованиях. Интенсивно развивалась экономика, просвещение и культура, совершенствовалась строительная техника, быстро росли новые города и реконструировались старые. Строились жилые дома и усадьбы, различные здания нового типа - академии, библиотеки, учебные заве­дения, театры. Пышные и многодельные формы барокко, требующие больших материальных затрат, перестали удов­летворять новым строительным требованиям. Кроме того, архитектура барокко, как воплощение эстетических идеалов двора и богатого духовенства, постепенно стала вызы­вать в русских просвещенных кругах негативное отно­шение. Привлекали строгие и вместе с тем выразительные формы классицизма, позволяющие решать многочисленные архитектурные задачи.

Классицизм в России с 1760-х до 1840-х годов пережил периоды зарождения, расцвета и постепенного угасания, когда на смену ему пришли новые архитектур­ные течения: эклектика, ретроспективизм, а затем модерн. В эволюции классицизма можно выделить три основных периода: ранний классицизм (1760-1780), строгий (1780- 1800) и высокий (1800-1840). С архитектурой русского классицизма связаны имена крупнейших русских зод­чих: В. И. Баженова, М. Ф. Казакова, И. Е. Старова, Дж. Кваренги, В. П. Стасова, А. Н. Воронихина, К. И. Росси, О. И. Бове, Д. И. Жилярди, А. Г. Гри­горьева и других.

На раннем этапе формирования стиля происходило постепенное освобождение от пышных пластических форм барокко, переход к строгим архитектурно-планировочным решениям, к величию и простоте античного зодчества. Крупным толчком к развитию классицизма послужило учреждение в Петербурге 17 ноября 1757 года «Академии трех знатнейших художеств» - живописи, скульптуры и ар­хитектуры, которая явилась первой общерусской школой, подготовившей целую плеяду замечательных художников, скульпторов, зодчих.

Во второй период русского классицизма (1780-1800) идеи античного зодчества получили дальнейшее развитие, что выразилось в отказе от декоративной нарядности и обилия лепных украшений. Этот период явился как бы антитезой барокко, отсюда и его название - строгий. Рус­ские зодчие уже прекрасно владели приемами античного зодчества и широко использовали творчески переработан­ные ордерные формы и приемы композиции. Именно в этот период были созданы крупнейшие дворцово-парковые ансамбли Петербурга и его пригородов, а также Москвы и Подмосковья - знаменитые Павловск, Архангельское, Останкино, Кусково и другие, а также величественные здания нового типа - университеты, театры, дворянские собрания, больницы, крупные жилые дома и усадьбы. Третий период развития русского классицизма связан с решением больших градостроительных задач. Победа в войне 1812 года вдохнула новые патриотические идеи в русскую архитектуру - этот период является наивысшим в развитии классицизма. Торжественная мощь античной архитектуры отвечала вкусам и идеологии тогдашнего общества. Грандиозные ансамбли Петербурга, застройка послепожарной Москвы, градостроительные мероприятия по переустройству провинциальных городов - все это завоева­ния высокого классицизма (иногда эту стадию называют

«ампиром»).

Для архитектуры этого периода характерна строгость композиции зданий и сооружений, лаконизм объемов, в которых главным формообразующим фактором становится гладкая нерасчлененная стена, образующая фон для немно­гочисленных и сдержанных декоративных украшений и ор­дерных композиций - портиков, колоннад. На поздней стадии своего развития классицизм глубоко проник во все сферы российской художественной жизни.

На Урале, который в начале XIX века являлся раз­витым промышленным районом России, идеи классицизма отразились и в архитектуре производственных зданий и комплексов, и в планировке горнозаводских поселений, и в традиционных уральских промыслах - художественном литье и ковке металла, в камнерезном и ювелирном искусстве, в интерьерах зданий самого различного назна­чения, в мебели и т. п.

С архитектурой русского классицизма связана деятель­ность зодчих, создававших в начале XIX века школу промышленной и гражданской архитектуры Урала, среди которых были и выпускники Академии художеств. И. И. Свиязев, А. 3. Комаров, М. П. Малахов, А. П. Чеботарев и другие архитекторы работали при Уральском горном правлении. Они создавали новые горно­заводские поселения и занимались реконструкцией старых уральских заводов, закладывали планировку центров горо­дов-заводов, строили в них заводские постройки и плоти­ны, конторы и госпитали, училища и школы, культовые комплексы и жилые дома, усадьбы и мосты.

Крупным зодчим, оставившим яркий след в архитектуре Екатеринбурга первой половины XIX века, был Михаил Павлович Малахов (1781-1842). Он родился на Украине в семье мелкопоместного дворянина. Детство и ранняя юность его прошли на Черниговщине, где он работал канцеляристом в Черниговском суде и на почте. Юноша рано проявил способности к рисованию и черчению.

Поступив в Ака­демию художеств М. П. Малахов учился под руководством И. Е. Старова и успешно закончив обучение, получил в 1801 году ат­тестат первой степени, серебряную медаль и шпагу, ко­торой отмечались наиболее талантливые выпускники. С 16 декабря 1801 года М. П. Малахов начал работать в Петербурге в качестве «архитекторского помощника», сначала в медицинской коллегии, а затем в министерстве внутренних дел. Он участвовал в строительстве Медико-хирургической академии, лекционных театров и других зданий в Петербурге. Большое влияние на формирование молодого зодчего оказал А. Н. Воронихин, под руковод­ством которого М. П. Малахов работал на строительстве знаменитого Казанского собора в Петербурге. А. Н. Воронихин, бывший крепостной графов Строгановых, был в то время уже одним из крупнейших русских мастеров классицизма, академиком Академии художеств. Казанский собор (1801-1811)-вершина творчества знаменитого зодчего. Безусловно, участие в таком крупном строитель­стве явилось для М. П. Малахова большой школой.

В 1805 году М. П. Малахов приехал на Урал, в Оренбург, где в течение 10 лет работал в качестве «казенного архитектора». Работа, очевидно, не приносила ему удовлетво­рения, в «оренбургский» период зодчим не было создано ни одного сколько-нибудь значительного произведения. Его внимание привлек Екатеринбург, в то время уже бойкий горный город, «живой узел» всех уральских гор­нозаводских связей. «Азиатская столица» сулила большие возможности для приложения творческих сил выпускника Академии художеств. 1 февраля 1815 года М. П. Ма­лахов приехал в Екатеринбург и «по объявленному жела­нию» начал свою работу в качестве архитектора Екате­ринбургских заводов.

27 лет работы в Екатеринбурге, где он жил до конца своих дней, стали годами наиболее плодотворной деятель­ности М. П. Малахова. Он проектировал и строил не только в Екатеринбурге. Больше ста построек, созданных по его проектам, украшают многие города и заводы Урала. Выпускник Академии художеств, прошедший столичную школу, стал истинно уральским зодчим. Он работал в тес­ном содружестве с главным архитектором Пермского гор­ного правления академиком И. И. Свиязевым, позднее с А. 3. Комаровым, К. Г. Турским и другими извест­ными мастерами архитектуры Урала. М. П. Малахов не только строил производственные, административные, гид­ротехнические сооружения, но и занимался планировкой промышленных комплексов, выезжал в качестве эксперта на Златоустовский, Каменский, Березовский, Воткинский и другие заводы Урала.

С 1832 года, после отъезда в Петербург И. И. Свияяева, М. П. Малахов сменил его на должности главного архитектора Уральского горного правления. В содружестве с другими архитекторами он проектировал и строил мно­гочисленные цехи и целые заводы, монументальные зда­ния центров уральских городов. Екатеринбург не обманул надежд зодчего - работы действительно было много, рабо­ты разнообразной, истинно творческой. Заказы следовали один за другим - только в Екатеринбурге необходимо было вести огромную работу по осуществлению «высо­чайше опробованного» в 1804 году генерального пла­на города, а также строить самые разнообразные зда­ния - административные, производственные, культовые, жилые...

Огромен вклад М. П. Малахова в осуществление ге­нерального плана Екатеринбурга, многие здания и сооруже­ния города отмечены особым, «малаховским» почерком. Это лучшие постройки классицизма в Екатеринбурге: контора Верх-Исетского завода (1820) на территории завода, ансамбль госпиталя Верх-Исетского завода (1824-1826), горная аптека (1820-1821), реконструированное зда­ние главного горного правления (1833-1835), собор Алек­сандра Невского (1838-1852) и другие. М. П. Мала­хов в 1834 году создал проект реконструкции городской плотины, по которому была сооружена новая ограда над плотиной, а также вокруг территории монетного двора, последняя - с нарядными воротами. На приплотинном участке по проекту М. П. Малахова был построен корпус гранильной фабрики {1833-1839) и другие производст­венные здания.

Немало сделал М. П. Малахов для благоустройства городской территории, для придания «европейского» об­лика Екатеринбургу. По его замыслу была создана целая система зеленых бульваров: Главный проспект в 1835 году разделили на три части - две пешеходные и одна для проезда, и устроили бульвар для «публичных прогулок»; еще раньше, в 1819 году был разбит бульвар, соединив­ший город с поселком Верх-Исетского завода.

М. П. Малахов много работал и по заказам екатерин­бургских богачей - горных чиновников и купцов-золото­промышленников. При этом он руководствовался передо­выми идеями русского классицизма, поэтому построенные им в Екатеринбурге жилые усадьбы и особняки стали подлинными произведениями архитектуры. М. П. Мала­хов плодотворно работал и как архитектор-педагог, создав в Екатеринбурге своеобразную архитектурную школу. Ра­боты его учеников и помощников 3. Гуляева, И. Галкина, Ф. Полубникова и других отличались высоким профессио­нальным мастерством.

Экскурсовод: Гидротехнические сооружения были жизненно важными для Екатеринбурга с самого начала его существования. Недаром в крепости-заводе первой построили имен­но плотину. Уже в конце XVIII века проводились работы по укреплению этого сооружения. В первой половине XIX века плотина была реконструирована при участии М. П. Малахова. В 1834 году архитектор составил проект, по которому предполагалось возвести каменную подпорную стенку, а над прорезами плотины соорудить два павильона
в духе классицизма, украшенные четырехколонными пор­тиками с гладкими фронтонами на высоких рустованных аркадах. Центр плотины должна была украсить изящная башенка, увенчанная куполом со шпилем.

Проект был осуществлен, к сожалению, лишь частич­но - возведена была над плотиной каменная стена завода, украшенная поверху ажурной чугунной решеткой, но па­вильоны так иле были построены. В течение XIX-XX ве­ков плотина неоднократно ремонтировалась, а в 60-х годах XX века сооружение было заключено в железобетонную оболочку и плотина приобрела современный облик.

Плотина городского пруда - своеобразная реликвия Екатеринбурга, классический образец гидротехнических со­оружений Урала XVIII-XIX веков. В городе были по­строены и другие плотины - на Верх-Исетском и Нижне-Исетском заводах, а также на притоках Исети - малень­ких речках Мельковке, Ольховке, Малаховке и других. Они служили для регулирования уровня воды в город­ском пруду, а также и для создания декоративных прудов в богатых екатеринбургских усадьбах.

На реке Ольховке, впадавшей в Исеть в верховьях городского пруда в районе «генеральских дач», в первой половине XIX века по проекту М. П. Малахова была сооружена плотина, сохранившаяся до наших дней. Это шестипролетное арочное сооружение. Арки переброшены между массивными кубическими устоями, лицевая поверх­ность которых украшена двухколонными дорическими пор­тиками. Портики играют, роль контрфорсов, обеспечиваю­щих устойчивость всего сооружения. Применение в качестве основного материала грубо отесанного камня и крас­ного кирпича без оштукатуривания привело к предельной упрощенности архитектурных форм и некоторой тяже­ловесности основных членений. Ритмический ряд массив­ных контрфорсов, ниш трапециевидной формы, двухколон­ных портиков образовал общий монументальный строй всего сооружения, которое прекрасно вписалось в окру­жающий ландшафт. По рисунку своих деталей, по ком­позиционному построению основных масс плотина на Ольховке может быть отнесена к числу наиболее интересных гидротехнических сооружений классицизма в Екатерин­бурге.

Большое значение для города, раскинувшегося по бе­регам Исети и ее притоков, имели мосты. Их строитель­ство активизировалось в первой половине XIX века, когда они становятся уже не просто утилитарными сооружения­ми, но и важными архитектурными элементами, придающими определенное своеобразие городу. К 1801 году в Екатеринбурге было 14 деревянных мостов, но они оказались недолговечными, требовали постоянного ремонта. Поэтому в 1839 году городская дума приняла решение о строительстве пяти каменных мостов, однако в первой половине XIX века был построен только один - через реку Исеть, к югу от Екатеринбургского завода по Покровскому проспекту (ул. Малышева). Здесь, на месте обветшавшего деревянного моста, заводской архитектор X. Сарториус запроектировал новый.

Мост выкладывали из бута и гранитного плитняка, своды и арки его возводились по опалубке. Дополнитель­ную прочность мосту придали металлические сваи, вклю­ченные в кладку всех опорных частей. Два мощных ка­менных быка в русле реки поддерживали полуциркульные арочные своды, а грубые гранитные блоки, из кото­рых был сложен мост, придали ему живописность и черты монументальности. В 1841 году было завершено архи­тектурное оформление моста: по концам его установили 4 каменных столба-обелиска и соорудили ограждение в виде чугунной кованой решетки с 17 каменными тум­бами. За мостом сразу же утвердилось название «камен­ный», так как довольно долго он оставался единственным каменным мостом города. Сегодня, почти полтора столе­тия спустя, мост продолжает служить, несмотря на то что во много раз увеличилось движение и резко возрос­ли транспортные нагрузки. В 50-х годах нашего века с пуском троллейбуса по улице Малышева была реконструирована и покрыта асфальтом проезжая часть моста и тротуара, заменены старые решетки. Но в целом облик моста мало изменился, и сегодня самый старый каменный мост города не только успешно служит людям, но и своими монументальными формами прекрасно дополняет ансамбль Исторического сквера в центре Екатеринбурга.

В первой половине XIX века существовал уже и другой знаменитый мост Екатеринбурга - Царский (ул. Де­кабристов). Однако в это время он был еще деревянным, на сваях. Выстроили его в 1824 году в честь приезда в Екатеринбург Александра I, поэтому за мостом укрепи­лось название «Царский», или «Александровский».

В 1847 году, когда рассматривался вопрос о ремонте пришедшего в негодность моста, архитектор Р. Н. Спиринг предлагал перестроить мост в камне, но министер­ство финансов отклонило проект и предложило вновь сде­лать деревянный мост. В 1856-1858 годах Александров­ский мост был восстановлен в дереве. Только в конце XIX века, в 1889-1890 годах, по проекту архитектора С. С. Козлова был построен каменный мост, сохранив­шийся до настоящего времени. После Великой Отечест­венной войны мост был реконструирован, проезжая часть заасфальтирована, появились перила в виде красивых ко­ваных решеток. Это массивное капитальное сооружение. Над руслом реки перекинуты три пологих арочных сво­да, опирающихся на низкие каменные быки. Очертания арок подчеркивают общий горизонтальный строй сооружения. Мост облицован рваным гранитом без правильной перевязки швов, что придает ему особую живописность.

Экскурсовод: Наиболее распространенными типами администра­тивных зданий в уральских городах-заводах были учреж­дения, так или иначе связанные с горнозаводским делом,- конторы, заводоуправления, горные школы, училища. Строились также и учреждения здравоохранения - госпи­тали, горные аптеки. Поскольку Екатеринбург первой по­ловины XIX века стал не только развитым типом города-завода, но также административным и культурным цент­ром Урала, в нем строились здания, отвечающие новым потребностям общества, отразившие веяния времени. На­пример, городской театр, обсерватория. Строились и раз­личные культовые сооружения - развивался и обретал силу Ново-Тихвинский монастырь, достраивалась Возне­сенская церковь, была построена единоверческая Свято-Троицкая (Рязановская) церковь и многие другие.

Значительные конторские здания первой половины XIX века в Екатеринбурге - контора Верх-Исетского за­вода и Главное горное правление. Здание конторы было построено в 1820 году по проекту М. П. Малахова. На плане завода 1826 года оно обозначено полностью. Около 1832 года южная половина корпуса была снесена - оста­лась центральная часть с одним крылом, сохранившаяся до настоящего времени. По замыслу архитектора здание конторы.- как самое значительное и красивое - было по­ставлено так, чтобы его фасад хорошо просматривался со стороны пруда и в то же время объем организовывал заводскую площадь, на которой размещалась также завод­ская церковь,- жилые и административные сооружения. Протяженное здание конторы с высокими величествен­ными портиками, увенчанное шпилем, действительно стало доминантой в композиции площади. Оно было поставлено на рельефе, поэтому западная часть его оказалась в два этажа, а восточная - в три этажа с подвалом.

По, первоначальному проекту сооружение имело трехчастное, характерное для композиций классицизма, членение. На длинных его фасадах устраивалось три ризалита, один из которых размещался по центру и акцентировал ось симметрии, а два других завершали соответственно боковые крылья. Ризалиты декорировались портиками, из которых средний шире и значительнее боковых. На фасадах - высокие тройные арочные окна, декорированные ионическими колоннами. Характерно широкое применение металла в отделке фасадов - капители и базы колонн розетки отлиты из чугуна с высоким художественным мастерством.

Экскурсовод: Горное правление уже к началу XIX века было могучим учреждением, которое контролировало работу свыше 150 заводов Урала.

Здание Главного горного правления, построенное в 1736 году, было реконструировано архитектором М. П. Малаховым.

Он составил проект, который был осуществлен в 1833- 1835 годах. Внутренняя планировочная структура измени­лась незначительно, однако был существенно увеличен объем за счет надстройки третьего этажа, а также пол­ностью модифицировался внешний вид здания в соответ­ствии с принципами русского классицизма.

Композиция главного фасада с двумя симметричными относительно центральной оси входами была дополнена двумя также симметрично поставленными портиками, как бы закрепившими углы здания. Четыре колонны коринф­ского ордера увенчаны гладким фронтоном на высоком арочном постаменте. Постаменты вынесены вперед за пло­скость фасада, что позволило придать портикам черты уровне второго и третьего этажей широкие балконы. Удлиненные пропорции портиков, крупный масштаб колонн, увенчанных коринфскими капителями красивого рисунка,- все это придало фасаду черты монументальности, отвечающей назначению здания. Гладкая оштукатуренная стена, расчлененная ритмом оконных проемов, лишенных декорировки, служит фоном, на котором особенно выигрышно выделяются портики. Дополнительны декоративный эффект зданию придают нарядные решетки каслинского литья.

Здание Главного горного правления - один из самых значительных архитектурных и исторических памятников Екатеринбурга. Здесь собирался в 1880 году первый съезд уральских горнозаводчиков, в 1899 году работала экспедиция Д. И. Менделеева, обследовавшая состояние горнозаводского Урала. После Великой Октябрьской социалистической революции, когда было ликвидировано Ураль­ское горное правление, здание занял Уралсовнархоз, ко­торый начал разрабатывать первые планы восстановления и развития народного хозяйства советского Екатеринбурга и Урала. Когда началась гражданская война, в 1918 году в бывшем здании горного правления проводилась запись добровольцев в Красную Армию, 8 января 1922 года здесь на совещании партийных и государственных руко­водителей выступал Ф. Э. Дзержинский, который находился в Екатеринбурге проездом в Сибирь.

С 1934 года в здании разместилась Уральская госу­дарственная консерватория. В 1966-1968 годах проведена реконструкция здания и к основному корпусу со стороны, дворового фасада была сделана пристройка, в которой разместились учебные классы, репетиционные, зрительный зал и другие помещения. Пристройка образовала замкну­тый прямоугольник с внутренним двором и в целом не повлияла на архитектуру исторического здания, главный фасад которого, выходящий на проспект Ленина, не претерпел существенных изменений. Это выдающийся об­разец характерных для уральских городов-заводов контор­ских зданий эпохи классицизма.

Напротив горного правления в первой половине XIXвека было построено еще одно значительное для Екатеринбурга здание,- горное училище (проспект Ле­нина, 33).

В первой половине XIX века учебных зданий в го­роде было весьма мало. Ведущим из них было уездное четырехклассное училище. Оно было основано в 1799 году вначале как малое народное училище с одним классом, а с 1836 года в нем было уже четыре класса, причем четвертый класс был открыт как подготовительный для поступления в институт горных инженеров, поэтому в нем преподавались дисциплины, связанные с минералогией, иностранными языками, коммерческими науками.

Вплоть до 1824 года училище не имело своего зда­ния и арендовало помещение у городской думы. В 1824 году училищу был передан каменный двухэтажный особняк вблизи заводской территории на левом берегу Исети, к ко­торому в 1835 - 1837 годах была сделана пристройка по проекту М. П. Малахова. С этого времени увеличился штат училища и программа его была пересмотрена с целью улучшения подготовки учащихся к горной службе. Одна­ко требования горной промышленности возрастали, необ­ходимо было увеличить число хорошо подготовленных спе­циалистов.

С 1847 года была пересмотрена система горнотехниче­ского образования на Урале, после чего Уральское горное училище стало ведущим учебным заведением края по подготовке горных специалистов. В связи с этим появи­лась необходимость в строительстве нового здания для училища. Было решено построить трехэтажный корпус, в котором могли бы обучаться 150 человек. М. П. Мала­хов составил план и смету на строительство, и в июле 1847 года был образован строительный комитет.

По проекту необходимо было «построить горное училище напротив Уральского горного правления на месте, где находится подлежащий сломке старый казенный управительный дом... в здании училища устроить помещение для 100 чел. учеников, с разделением на две половины: одна дли дворян, а другая для детей нижних чинов».

Строительство училища началось с весны 1849 года, а закончилось 1852 года. Официальное открытие состоялось в 1853 году. Через несколько лет учйлщи переехало в здание напротив, рядом с горным правлением, а в прежнем разместилась мужская гимназия настоящее время школа №9). Это трехэтажное здание с протяженным, вытянутым вдоль проспекта фасадом П-образное в плане. На главном фасаде подчеркнута центральная часть - в виде выступающего ризалита с широким крыльцом, простенки оконных проемов выделены, плоскими пилястрами. Однообразный ряд проемов несколько оживлен по второму этажу сандриками и более нарядной формой полуциркульных окон.

В целом декорировка фасадов проста и сдержанна как бы направлена на то, чтобы подчеркнуть солидность и деловитость этого «казенного» здания. Некогда к зданию примыкал обширный сад, обнесенный каменной orpaдой.

Важным событием, свидетельствующим о превращении Екатеринбурга в научный центр Урала, было открытие, в нем магнитной и метеорологической обсерватории. Строи­тельство ее было начато в 1834 году по чертежам и опи­саниям, присланным из штаба корпуса горных инже­неров.

Руководство строительством было возложено на М. П. Малахова. Он же выбрал и место для обсервато­рии - возвышенность «позади Сенной площади». Здание возводилось на каменном фундаменте из опиленных брусьев. К октябрю 1835 года все работы были завершены, к этому же времени из Перми были доставлены необходимые инструменты и приборы. В начале января 1836 года обсерватория начала научные магнитно-метеорологические наблюдения, которые и по сей день продолжаются в комплексе Уральского Гидрометцентра, выросшего на месте первой обсерватории.

Экскурсовод: Недалеко от здания Главного горного правления располагалась и резиденция главного горного начальника (Набережная Рабочей молодежи, 3, ныне областная больница № 2) - тип характерной для уральских поселений усадьбы управляющего заводом или заводовладельца. Она построена в начале 30-х годов XIX века на западном берегу пруда. Прежняя, зимняя, резиденция уральских горных начальников - деревянное, изрядно обветшавшее здание - сгорела в 1812году. Тогда было принято решение по­строить новый дом, уже каменный, смету которого соста­вил унтер-шихмейстер Николай Прозоров к сентябрю 1813 года. Проект поручили составить М. П. Мала­хову. В июле 1817года архитектор рапортовал: «План каменному дому вместо сгоревшего деревянного для жи­тельства господину начальнику оканчивается». В план Екатеринбурга 1825 года дом был уже внесен, однако окончательно он был построен лишь в начале 30-х годов.

Дом главного горного начальникаДом главного горного начальника

Строительство совпало со временем превращения Ека­теринбурга в крупный административно-промышленный, горный город. Личность нового владельца усадьбы была весьма примечательной и известной не только в Екатерин­бурге, но и на всем горнозаводском Урале. Владимир Андреевич Глинка был назначен глазным начальником уральских заводов в 1837 году и служил почти 20 лет, до 27 октября 1856 года. В этот период власть горного начальника достигла наивысшего развития. Генерал Глинка, бывший царский вельможа, стремился обставить жизнь свою в «азиатской столице» на петербургский манер. Он любил устраивать шумные балы, двери его дома были распахнуты перед именитыми гостями и заезжими зна­менитостями, посещавшими Екатеринбург. В его доме останавливался поэт В. А. Жуковский, когда он в 1837 году в составе царской свиты совершал поездку по Уралу. Позд­нее здесь жил и работал декабрист Ф. Г. Вишневский. Отбывая ссылку на Урале, он в течение четырех лет слу­жил чиновником при генерале Глинке. В доме горного начальника бывал художник А. И. Корзухин.

Заказ, полученный М. П. Малаховым, был очень ответственным. Необходимо было построить не престо жи­лище крупного горного чиновника, градоначальника Екатеринбурга, но и административно-управленческое здание, функционально связанное с Главным горным правлением и другими «казенными» заведениями, сосредоточенными на западном берегу городского пруда.

Главный вход в дом градоначальника раскрыт прямо на набережную, что особенно подчеркнуло городской ха­рактер усадьбы, ее полное слияние с окружающей застройкой. Двор, в котором сосредоточены все служебные постройки, расположенный позади дома, образовал замкну­тое пространство, обнесенное оградой с двумя въездами - одним парадным, со стороны набережной, а другим, хо­зяйственным, «черным» с северной стороны, с переулка. Хозяйственный двор служил, вероятно, и для размещения карет гостей и повозок, здесь же были расположены каретники, конюшни и прочие хозяйственные построй­ки. При этом хозяйственный двор, расположенный к северу от дома, обнесен высокой каменной стеной, тогда как сад, раскинувшийся с южной стороны и занявший обширное пространство вдоль берега пруда, полностью раскрыт на набережную и отделен от нее ажурной чугунной оградой, позволяющей видеть все внутреннее пространство. Решетка ограды - замечательный образец каслинского литья. Рисунок ее прост и изящен. Он состоит из вытянутых по вертикали ромбов, центр каж­дого из них акцентирован звездочкой в обрамлении двух колец. Ромбы заполнены растительным орнаментом из полураспустившихся бутонов. Звенья решетки прерыва­ются изящными столбиками простых и строгих пропор­ций. Ясность композиции решетки в сочетании со сдер­жанным изяществом деталировки делает ее одним из интереснейших образцов художественного литья в архитек­туре малых форм.

Главный дом усадьбы - двухэтажная постройка с ме­зонином. В объемной композиции четко выражена ось симметрии. По центру находится главный вход с широким, выступающим вперед крыльцом. Высокие двустворчатые двери ведут в просторный вестибюль. Парадная лестница, расположенная у стены, противоположной главному входу, соединила первый этаж со вторым. По замыслу зодчего портик на фоне гладкой стены стал центральным моти­вом композиции главного фасада. Проектируя дом Глав­ного горного начальника на берегу сравнительно неболь­шого екатеринбургского пруда, Малахов стремился создать здание, отвечающее масштабу застройки и в то же время являющееся доминантой в ансамбле набережной. Поэтому он применил ярусную композицию, которая зрительно вытянула здание по вертикали. Нижний ярус представляет собой массивную аркаду. Арочные проемы, делящие по­диум на ряд отдельных пьедесталов, зрительно включен­ных в вертикальный ритм колоннады второго яруса, под­черкивают вытянутые по вертикали пропорции иониче­ского четырехколонного портика. Ионические колонны сме­няются на высоте третьего яруса как бы вырастающими из них коринфскими колоннами, поддерживающими глад­кий фронтон. Архитектурные формы ярусов становятся легче по направлению кверху: от массивности аркады пер­вого яруса к воздушной изящности колоннады верхнего, третьего яруса. Высота третьего яруса по сравнению со вторым резко уменьшена, что создает оптическую иллю­зию размещения его на большей, чем в действительности, высоте и увеличивает зрительно высоту всего здания.

Декоративное убранство фасадов в целом отличается лаконичностью. Немногочисленные детали - розетки, сан­дрики, барельефы, вставленные в прямоугольные и ароч­ные ниши, не нарушают, а, наоборот, подчеркивают целостность стены своим откровенно декоративным ха­рактером. Центр композиции поддержан более нарядным декорированием стены, находящейся за портиком, приме­нением ионических полуколонн в качестве обрамления бал­конной двери, а также тонким ажурным рисунком кованой решетки ограждения балкона.

Экскурсовод: Недалеко от здания горной аптеки, на перекрестке Главного и Вознесенского проспектов (пр. Ленина и ул. Карла Либкнехта), был построен первый городской театр. Сначала он был деревянным, а в 1845 году проекту архитектора К. Г. Турского на средства екатрин6ур:рского купечества построено новое каменное здание. Зрительный зал был рассчитан на 600 человек. В театре играла труппа, руководимая П. А. Соколовым - первым екатеринбургским режиссером-постановщиком. Cоколов содержал труппу до 1858 года. Многие актеры были из бывших крепостных. В театре ставились спектакли самого разного, плана - «Ревизор», «Аскольдова могила» и другие.

В начале XX века, когда в Екатеринбурге стали строить новое здание театра (ныне театр оперы и балета) первый городской театр арендовал мещанин И. Н. Волков сеансов кинематографа. Кинотеатр первоначально назывался «Колизей», а с 1920 года - «Красный Урал». Позднее его переименовали в «Октябрь».

Здание первого городского театра связано со многими важными историческими событиями, происходившими в Екатеринбурге. Здесь на митингах выступал Я. М. Свердлов. В этом здании в 1917 году разме­щался временный комитет РСДРП(б) под председательством И. М. Малышева, а в 1919 году - Дом просвеще­ния Красной Армии. В 1982 году кинотеатр был рекон­струирован - в нем разместилось стереокино.

В результате реконструкции изменена внутренняя планировка и структура здания, однако внешний его облик сохранен.

Объемная композиция здания предопределена его угло­вым положением на перекрестке. Призматическому объему здания соответствует близкий к квадрату план, в котором выделяется зрительный зал, как самая крупная ячейка. К залу примыкают фойе и вестибюль, а в новой при­строенной части находятся кассы, буфет и различные вспомогательные помещения. На фасаде перекликается ор­дерная тема - ионические портики высотой в два этажа. На главном, южном, фасаде - это величественный восьмиколонными портик из полуколонн, между которыми на­ходятся выходы из кинотеатра. На уровне второго этажа, над дверями, расположены высокие полуциркульные окна; такие же окна, только более широкие, акцентируют углы здания. На боковом, восточном, фасаде ордерная тема зву­чит по-иному. Это тоже ионический портик, но простран­ственный, с четырьмя колоннами, выступающими вперед.

Декоративное убранство фасадов в целом построено на использовании классицистических мотивов - сандри­ков, растительных орнаментов, венков, однако прорисовка деталей, утяжеленные пропорции капителей, нагромож­дение лепных украшений - все это указывает на угасание высокого стиля классицизма. Городской театр - это одно из зданий, которыми завершается славная страница исто­рии архитектуры Екатеринбурга периода классицизма.

Экскурсовод: Культовые здания и комплексы играли большую роль в архитектурных панорамах Екатеринбурга. В лучших традициях русского градостроительства эти высотные со­оружения ставились, как правило, в наиболее выгодных точках - на возвышенностях, на центральных площадях, создавая систему доминант, не только закрепляющих пла­нировочную структуру города, но и обогащающих его си­луэт своими выразительными очертаниями, богатыми архи­тектурными формами, стремительными вертикалями много­ярусных колоколен.

До нашего времени в Екатеринбурге сохранились лишь немногие из культовых построек первой половины XIXвека. Эти красивые и добротные здания успешно служат сегодня современным потребностям города.

Сохранившийся комплекс Ново-Тихвинского женского монастыря представляет интерес, как единственный культо­вый ансамбль старого города, памятник архитек­туры русского классицизма, за которым сохраняется важ­ное градостроительное значение в исторической панораме современного Екатеринбурга.

Панорама Ново-Тихвинского монастыряПанорама Ново-Тихвинского монастыря

В конце XVI11 века на право­бережье Исети, юго-западнее старого ядра города, размещалось кладбище для горожан, а в 1782 году была построена каменная церковь Успения Богородицы, при ко­торой через несколько лет образовалась богадельня. В 1798 году богадельня была признана официальной жен­ской общиной, с которой и началось существование мо­настыря.

В 1809 году издан указ об образовании екатеринбург­ского Ново-Тихвинского женского монастыря. В течение первой половины XIX века он стал одним из самых благоустроенных на Урале. Капитальное строительство в монастыре продолжалось весь XIX век. В первой по­ловине столетия была возведена большая часть построек, из них пять храмов, кельи, мастерские. После 1896 года построен шестой храм - церковь Всех святых, а при ней трехэтажное здание больницы, богадельня. Возведены также каменные стены монастыря, разбит обширный парк.

Сохранившаяся часть монастыря, а также фотографии, сделанные в начале нашего века, позволяют восстановить первоначальный композиционный замысел ансамбля и его архитектурный облик.

Территория монастыря имела геометрически правиль­ную прямоугольную форму и была несколько вытянута с севера на юг. В объемно-пространственной композиции ансамбля нашел отражение принцип регулярности в соче­тании с живописной асимметрией.

Все основные постройки компактно сгруппированы в юго-восточной части территории. По оси Александров­ского проспекта (ул. Декабристов) образована входная часть монастыря - Святые ворота с надвратной Введен­ской церковью, акцентирующей главный проезд, и симметрично от них расположенные Феодосьевская церковь и церковь Пресвятой Богородицы. При входе за воротами - две церкви: самая старая - Успенская, построенная еще в конце XVIII века, и самая поздняя - храм Всех святых. В строгом порядке по периметру двора располо­жены корпуса келий и мастерские. К северу от основных построек, вблизи монастырского парка, взметнул в небо свои купола величественный собор Александра Невского. Большая часть территории обители была обнесена дере­вянным забором, лишь с северной и восточной сторон сооружена каменная ограда с небольшими угловыми ба­шенками. Все постройки монастыря образовали живо­писный и вместе с тем сдержанный по форме ансамбль.

Входная группа монастыря была создана в 30-х годах XIX столетия, в, период интенсивного роста обители, когда после посещения Екатеринбурга в 1824 году императором Александром I было решено придать воротам парадный, репрезентативный вид.

Комплекс трех церквей Ново-Тихвинского монасты­ря - явление уникальное для уральской архитектуры. Апсиды всех трех церквей образовали три крупных вы­ступа в восточной стене монастыря, обращенной в сторону Александровского проспекта, Купола на ступенчатых ба­рабанах, одинаковые по силуэту, создали сложный и вы­разительный силуэт входного ансамбля. Для всех церквей характерна простота и изящество немногочисленных деко­ративных деталей (обрамление окон, карнизов, поэтажных тяг), выделяющихся на фоне гладкой, нерасчлененной сте­ны. Это был типично классицистический по композиции комплекс. Облик входного ансамбля в настоящее время значительно изменен, большинство его архитектурных форм полностью утрачено, надвратная церковь превращена в башню с зубчатым завершением.

Доминантой в композиции ансамбля монастыря явля­ется грандиозный собор Александра Невского. Он был сооружен по проекту М. П. Малахова как главный храм обители в честь победы русского народа в Отечественной войне 1812 года. Собор - пятиглавый. В плане он образовал квадрат с выступами большой апсиды с востока и двух портиков с юга и севера, а также пристроен! с запада колокольней.

Внутреннее пространство собора расчленено на пять частей четырьмя шестигранными столбами, поддерживающими барабан главного купола. Углы собора перекрыт четырьмя малыми барабанами с куполами, апсида завершена плоским куполом, а ветви креста - цилиндрическими сводами. Собор отличался хорошими акустическими свойствами.

Объемная композиция сооружения выражена в духе зрелого классицизма, в ней звучат отголоски идей храмового строительства, типичных для А. Н. Воронихина И. Е. Огарева, В. П. Стасова. Гладкая стена расчленена продуманным ритмом оконных проёмов - прямоугольных по двум этажам и полуциркульных, вытянутых пропорций по барабанам.

Главной темой декоративного убранства явились композиции коринфского ордера - крупномасштабные шестиколонные портики, увенчанные гладкими фронтонами. Стена за портиками оформлена коринфскими пилястрами; та­кими же пилястрами акцентированы углы основного объе­ма. Четкая выверенность пропорций, использование круп­номасштабных ордерных композиций, гармоничное сопоставление объемов куполов с вертикалью колокольни - все это сделало собор Александра Невского одним из красивейших зданий Екатеринбурга прошлого столетия. Постройки утилитарного назначения имели более про­стой облик. Особую живописность всему ансамблю при­давала каменная ограда. Она выложена из кирпича с при­менением грубоколотых гранитных камней и акцентиро­вана по углам круглыми башенками с куполами. Неко­торые здания монастыря были построены и за пределами ограды, например, сохранившийся до настоящего времени дом для священнослужителей на углу Александровского проспекта и ул. Уктусской (ул. Декабристов и ул. 8 Марта). Этот дом - одно из наиболее ранних монастырских зданий. Он был заложен в 1814 году. Дом этот предназначался для приезжающего духовенства и паломников, а во второй половине XIX века был отдан под жилье для священнослужителей монастыря. Дом представляет собой компактную двухэтажную постройку. Внутренние стены делят на восемь почти равных квадратных секций, в угловую секцию с юго-востока вписана восьмигранная каменная часовня. Эта часовня в три яруса придает особое очарование и характерность всей постройке, фасады которой оформлены очень просто - с одним горизонтальным членением и плоскими наличниками с сандриками над окнами второго этажа. Нижние два яруса часовни равны высоте здания и уменьшаются по поперечному сечению. Верхний ярус без окон завершен полушаровидным куполом, создающим вертикальный акцент, перекликающийся с куполами монастырских построек. Ансамбль Ново-Тихвинского монастыря сыграл важ­ную градоформирующую роль в застройке Екатеринбур­га, явившись завершением с запада Александровского проспекта. А выразительный силуэт храмов и монастыр­ских построек, обнесенных каменной оградой с башенка­ми, образовал яркий архитектурный акцент в панораме юго-западной части Екатеринбурга.

Экскурсовод: Сооружения в стиле классицизма были характерны и для усадебной архитектуры. Усадьба Расторгуева - Харитонова (ныне Дворец пио­неров, ул. Карла Либкнехта, 44) - один из наиболее зна­чительных памятников архитектуры Екатеринбурга XIX века. Это самый крупный и самый ранний по времени строи­тельства усадебный ансамбль классицизма в городе.

Общий вид главного дома усадьбы Расторгуева-ХаритоноваОбщий вид главного дома усадьбы Расторгуева-Харитонова

Многочисленные легенды и предания, связанные с исто­рией создания усадьбы, ее автором и владельцами, кра­сота архитектуры - все это издавна привлекало внимание историков, краеведов, исследователей и просто любителей архитектуры.

Дворец строился двенадцать лет (1796-1808), а вместе со службами и устройством сада и того больше - почти восемнадцать. В формировании усадьбы активное участие принимал М.П. Малахов.

В 1824 году комплекс зданий пополнился двухэтаж­ной вставкой, соединившей главный дом с флигелем под бельведером, оградой хозяйственного двора и парадными воротами. Более поздние сооружения, а также и беседка-ротонда в парке, органично вошли в объемно-пространственную композицию усадьбы, что указывает на высокое профессиональное мастерство зодчего. Все эти построит объединены стилевым единством. Окончательно сложившаяся усадьба Расторгуева - Харитонова представляет собой комплекс зданий, сгруппированных вокруг парадного двора, хозяйственного двора со службами и обширного; парка с различными; парковыми сооружениями. Все главные постройки: двухэтажный дом, три флигеля, соединенные вставками, службы - выполнены из крупноразмер­ного кирпича со штукатуркой снаружи и изнутри, с буто­выми фундаментами, деревянными перекрытиями и кровлями из листового железа.

Д. Н. Мамин-Сибиряк в «Приваловских миллионах» почти со скрупулезной точностью описал эту усадьбу. Интересно то впечатление, которое произвела на героя художественного произведения эта реальная постройка, любопытен взгляд писателя на творение уральского зодче­го: «Он (дом) занимал собой вершину горы и представ­лялся издали чем-то вроде старинного кремля. Несколько громадных белых зданий с колоннами, бельведерами, балконами и какими-то странной формы куполами выхо­дили главным фасадом на небольшую площадь, а вели­колепными воротами в форме триумфальной арки, на Нагорную улицу. Непосредственно за главным зданием, спускаясь по Нагорной улице, тянулся целый ряд камен­ных построек, также украшенных колоннами, лепными кар­низами и арабесками. Сквозные железные ворота откры­вали вид на широкий двор, со всех сторон окруженный каменными службами, конюшнями, великолепной оранже­реей. Это был целый замок в помещичьем вкусе: позади зеленел старинный сад, занимающий своими аллеями весь спуск с горы».

Сегодня усадьба сохранилась почти полностью. В ее композиции успешно решены утилитарные, градостроитель­ные и художественные задачи. Вся территория организована на основе четкого разграничения и взаимосвязи отдельных составных частей в соответствии с их функциональным назначением. Очевидно, соседство многолюд­ной церковной Вознесенской площади и центральной улицы города заставило зодчего оградить парадный двор
основными объемами усадебных построек и в то же время дать. Возможность созерцать его внутреннее пространство через ажурную решетку ворот; фасады главного дома и флигелей придают ему торжественный и нарядный вид своеобразного, «воздушного» вестибюля. Хозяйственный, двор отделен от парадного двумя двухэтажными флигелями с узким проходом между ними; его утилитарная функция отразилась в обособленности и удобном расположении всех построек

Несколько автономное положение сада объясняется не только городским характером усадьбы, но и тем, что разбит он был значительно позднее основных построек. С воз­никновением живописного сада вся усадьба получила свое градостроительное и архитектурное завершение. Сад был: разбит в английском стиле со свободным сочетанием регулярной планировки верхней, прилегающей к дому части и нижней, решенной в живописном плане - извилистые тропинки, насыпные холмы, группы деревьев. Верхняя площадка перед домом уравновешена зеркалом неболь­шого искусственного озера, от которого лучами расходят­ся три тенистые аллеи. В композицию сада включены различные садовые сооружения, характерные для ланд­шафтной архитектуры начала XIX века,- беседки, гроты. Из них особенно замечательна круглая купольная бесед­ка-ротонда на площадке перед домом. Это деревянное, круглое в плане, сооружение, цилиндрический объем которого расчленен двумя рядами оконных проемов, а про­стенки декорированы двенадцатью коринфскими полуко­лоннами. Облик беседки находится в полном созвучии с архитектурой основных зданий усадьбы, а венчающий ее купол перекликается с бельведером флигеля.

На генеральных планах усадьбы XIX века отсутствуют сооружения на островках озера. После реконструкции в 1937 году под руководством архитектора В. В. Емельянова на острове был устроен фонтан в виде открытой круглой беседки, а к берегу был перекинут висячий мостик. Включение этих построек в сложившийся ансамбль было проведено достаточно тактично. Отвечая величествен­ной архитектуре зданий усадьбы, изящные и в то же время простые фирмы беседки в сочетании с массивными устоями моста органически вошли в ансамбль сада. Малые архитектурные формы хорошо сочетаются с естественным окружением; серый камень и белизна колонн, ажурный рисунок ограды, окружающей сад, прекрасно гармонируют с сочной зеленью деревьев и зеркальной гладью озера. Сад усадьбы Расторгуева сегодня - единственный в Екатеринбурге сохранившийся образец ландшафтного искусства пер­вой половины XIX века.

Здания усадьбы образовали единый ансамбль, в котором каждому архитектурному объему отведено строго опреде­ленное место, соответствующее его практическому назна­чению и роли в общей художественной композиции. Отдельными зданиями в усадьбе оставлены только конюш­ни и баня на хозяйственном дворе, а также один из фли­гелей, остальные сооружения соединены между собой раз­личными переходами и вставками. Такая объемная компо­зиция зданий созвучна традиционной схеме древнерус­ского жилого комплекса - с его «хоромностью», когда несколько объемов соединялись крытыми переходами и гульбищами в единый живописный ансамбль, имеющий общую художественную уравновешенность. Помимо градо­строительных требований, предъявляемых к сооружению как к элементу улицы и города в целом, в усадьбе были учтены потребности частной жизни владельца. Планировка всей усадьбы и внутренняя организация жи­лища отразили, жизненный уклад крупнейшего предста­вителя екатеринбургской купеческой элиты - старообрядца, окруженного многочисленной родней и прислугой.

Экскурсовод: Собственно усадьба архитектора М. П. Малахова (ул. Луначарского, 173-а) - это не только одно из его творений, но и оставшийся потомкам своеобразный мемориал память о выдающемся уральском зодчем.

М. П. Малахов, приехав в Екатеринбург в феврале 1815 года, решил поселиться на живописной окраине города, на возвышенном месте вблизи соснового бора. Здесь, на улице Васенцовской (ул. Луначарского) он и прожил до конца своих дней.

3 августа 1815 года в «объявлении» своем в городскую думу Малахов просил решить вопрос об освобождений места для постройки нового деревянного дома. Место было отведено 5 мая 1816 года. В том же году и началось строительство. В описи от 12 ноября 1824 года усадьба обозначена как одна из крупнейших в городе.

После смерти М. П. Малахова в 1842 году его наследники стали сдавать дом под квартиры внаем. Усадьба постепенно теряла свой первоначальный вид, а столетие спустя от нее остался только главный двухэтажный дом; из дерева, оштукатуренный под камень, который в 20-х годах нашего столетия еще находился в хорошем состоянии. Тем не менее время и суровый климат нанесли непоправи­мый ущерб деревянным конструкциям дома, и в конце 60-х годов он стал непригодным для дальнейшей эксплуа­тации. Кроме того, портик, выступающий за красную линию застройки новой улицы Луначарского, был разобран, постепенно разрушались декоративные детали и конструк­тивные элементы.

Поскольку невозможно было сохранить дом в перво­начальном виде и на прежнем месте, в 70-х годах была построена точная его копия (в каменном исполнении) в глубине квартала.

Территория усадьбы в первой половине XIX века была достаточно обширной. На участке размещался главный дом, двор со службами, парк с живописным прудом, огород, цветники. Расположение дома на красной линии улицы, в северо-западном углу участка, повлекло за собой асимметрию композиции всей территории. Пруд, образован­ный на речке по диагонали пересекавшей усадьбу, явился естественной границей двух ее частей,- двора с хозяйственными постройками и парка, раскинувшегося к востоку от дома. Для восточной части парка, которая примыкала ко двору и окружала пруд, архитектор использовал естественный лесной массив, создающий жи­вописный фон для изящного объема дома. Внешний облик его напоминал «загородную итальянскую виллу с бельве­дером по общей композиции в духе Палладио».

Эта компактная двухэтажная постройка, увенчанная в центре круглымбельведером-ротондой, выполненная из дерева, но оштукатуренная снаружи и изнутри, укра­шенная рустовкой и лепными деталями, производила впе­чатление каменной. Подобная отделка деревянного, здания штукатуркой «под камень» - прием, часто встречающийся в постройках русского классицизма. Даже знаменитый Останкинский, дворец в Подмосковье был выполнен из дерева, не говоря уже о многочисленных дворянских усадь­бах, разбросанных в пригородах российских городов.

Архитектура дома Малахова отмечена стилевым един­ством. В объемной композиции учтены специфические особенности постановки здания на открытом, далеко обоз­римом участке - отсюда его четкая центрическая компо­зиция, скульптурная форма, построенная на сочетании ста­тичного основания со сложным ритмом ступенчато расту­щих вверх скатных кровель, замыкающимся куполом бельведера. Композиция дома определила и внутреннюю планировку помещений, которая была построена на пересечении двух - главных осей и отразила ярусное убывание объема здания снизу вверх.

Центр композиции - купольная ротонда - подчерк­нут на всех фасадах архитектурными мотивами, расположенными так, что основной художественный акцент сосредоточен на центральной части здания. И несмотря на «всефасадность» здания, зодчий трактовал фасад, вы­ходящий на улицу Васенцовскую и обращенный в сторо­ну города как главный и придал ему облик, характерный для парадного городского дома. Центральным элементом композиции этого фасада стал четырехколонный коринф­ский портик на рустованной аркаде, поднятый на высоту цокольного этажа.

Декоративные детали, украшающие фасады дома, под­черкивают, выделяют центральную часть здания. Фронто­ны богато украшены лепным орнаментом, а пространство между колоннами портика забрано на уровне первого и второго этажей нарядной коран ой решеткой балконов. Эта же решетка образовала и ограждение лоджии, на­ходящейся в нише восточного дворового фасада. Единствен­ное украшение оконных проемов - расположенные над ними на уровне второго этажа тонко вылепленные изящ­ные розетки. Среди лепных деталей выделяется многократ­но повторяющийся мотив - лира в сочетании с рабочими инструментами зодчего.

Усадьба М.П. МалаховаУсадьба М.П. Малахова

Главная особенность композиции усадьбы - ее интим­ность и близость к природе, в сочетании с выносом глав­ного дома на красную линию улицы и размещением хо­зяйственных построек в глубине двора. Дом усадьбы отмечен оригинальным конструктивным решением, а худо­жественная выразительность здания достигнута искусно распределенными акцентами, хорошо найденными пропор­циями всех членений, тонкой прорисовкой деталей и про­филей.

Процесс угасания классицизма на Урале начался позже, чем в Центральной России. И все же с 50-х годов прошлого века упадок стиля ощущается во многих по­стройках, в дальнейшем градостроительном развитии го­рода.

Экскурсовод: Уважаемые экскурсанты, позвольте завершить нашу экскурсию по архитектурным памятникам старого Екатеринбурга. Сегодня вы узнали о самых интересных из них.

© (С) Учебная книга
О портале Карта сайта